ЦИВИЛИzАЦИЯ

(продолжение)
УЗНИК.

Дверь с тяжелым стуком открылась. Через ее проем желтый, и яркий свет коридора ворвался в одиночку, ослепив отвыкшего от его лучей Узника. Никитин с непривычки прикрыл глаза ребром ладони и, морщась, чуть приподнялся со своего «ложа».
_Никитин! - Услышал он резкий голос тюремщика.
_Да?
_С вещами на выход.
Уже бывший в годах, Узник тяжело встал и, шатаясь от усталости и голода, направился к выходу:
А вещей у меня с собой нет. - Криво усмехнулся он.
_Разговорчики! Выходи. - Строго повторил охранник.
….В коридоре стражник приказал Никитину встать лицом к стене, пока, бряцая связкой ключей, не закрыл массивную дверь каземата. Затем, пройдя узким проходом, Алексей и его сопровождающий подошли к двустворчатому проему, похожему на двери лифта. Стражник нажал на единственную красную кнопку, расположенную по правую руку от них, на стене. Дверь бесшумно открылась, показавшая за собой небольшую кабинку лифта.
_Заходи. - Лаконично приказал охранник. Никитин зашел, стражник за ним. Они встали лицом друг другу, ибо в таком узком месте это было логично. Заключенный, попривыкший к свету, смог рассмотреть своего визави. Это был молодой еще мужчина, военной выправки, с бритой физиономией. Он был одет в широкую, наподобие полицейской, фуражку с голубым околышем, и в такую же голубую форму со знаками различия из блестящего металла. К ремню на поясе были пристегнуты наручники, резиновая дубинка и «электрошокер». Глаза его, застывшие без всякого выражения, смотрели поверх головы Узника.
«С таким не поговоришь». Подумалось Никитину.
Вдруг, что-то изменилось, он сразу и не понял. Свет стал ярче. Лишь через секунду он увидел, что их лифт оказался из прозрачного материала, и просто поднялся из темной шахты в открытое пространство широких и светлых помещений с высокими сводами и доступными перекрытиями этажей. За несколько мгновений лифт промчался в верх через какие-то конторки с рядами столов, как в полицейском участке, где люди в форме и в штатском сновали туда-сюда, неся под мышками, и на вытянутых руках папки бумаг.
«Ихней офис». Равнодушно заметил для себя Никитин.
Затем лифт снова въехал в туннель и остановился возле хромированной двери, подсвеченной сверху лампочками точечного освещения. Какой-то голос неоткуда механически и четко скомандовал:
«Пройти контрольную проверку».
Сопровождающий Узника приставил свою правую кисть руки к небольшой пластиковой коробочке на двери, мигающая красная кнопка поменялась на зеленую:
«Проверка пройдена, пройти проверку второму объекту» Продолжил голос.
_Второй объект – неопозноваемый нарушитель контроля с сопровождающим, № 6896346.
Пояснил охранник роботу.
«Проходите». Двери бесшумно открылись, показав за собой более просторный, с приятным освещением коридор.
_Нам сюда. Стражник указал на широкую дверь, в которую упирался коридор. Подойдя к ней, тюремщик повторил маневр, проведя по сканеру с красной лампочкой правой рукой.
«Цель прихода?» Спросил тот же металлический голос робота.
_Подготовка задержанного к судебной процедуре.
«Номер преступника?»
_Преступник без права номера, с сопровождающим №6896346.
Заученно повторил невозмутимый охранник.
«Проходите» Эта дверь тоже бесшумно отворилась. За ней располагалось квадратное помещение, облицованное серо-голубыми пластиковыми панелями, с тремя стеклянными дверьми с каждой стороны. Охранник, показав на дверь с права, провел рукой по сканеру, другой тут же открыл дверь и крикнул:
Принять заключенного. И втолкнул Никитина за дверь, встав в проходе спиной. К Алексею подошла пожилая женщина в синем рабочем халате (вероятно кастелянша), жестом пригласив вправо – небольшой закуток, весь в кафеле:
Раздевайтесь и примите душ. На все три минуты, шевелитесь. Бесстрастно сказала женщина, оставаясь стоять на месте.
Никитин смущенно спросил: Куда мне положить вещи?
_Раздевайтесь здесь, я выйду. Душевая кабина напротив, шевелитесь. И она ушла.
Раздевшись, хотя это было и трудно: все болело от синяков и ушибов, а одежда прилипла к грязному и потному телу, Никитин вошел в душевую. В ней было так чисто и опрятно, что Узнику стало неудобно все здесь заляпать…. Кусочек мыла, бутылек шампуня, теплая вода, хорошо! Как давно он вот так, просто, по-человечески мылся?..
После, обтеревшись мягким полотенцем, чистый и умытый Алексей робко выглянул в «предбанник» - кастелянши не было. Зато на небольшом стуле лежала аккуратно сложенная новая тюремная одежда, а под ним пара белых тапочек с носками, вероятно для него. Одевшись в предложенную форму: оранжевую рубашку с коротким рукавом и в такого же цвета штаны, он сел на стул и обулся в тапочки на подобии теннисных. Вошел тот же охранник: Готов? Пошли дальше. - Сказал он и повел Никитина к другой двери.
_Спасибо за душ. - Поблагодарил Узник.
_Не за что, так положено.
Сухо ответил стражник и втолкнул Алексея в еще один кубрик. Здесь тоже было все из кафеля, но добавлена одна деталь: стол-трильяж с зеркалом и стульчик со спинкой как в цирюльне.
_Посидите пока, сейчас к вам подойдут. Стражник ретировался.
Через минуту зашел человек с саквояжем и в белом больничном халате, накинутом на добротный твидовый костюм английского покроя. Оказался врачом.
_Пожалуйста, встаньте и снимите верхнюю рубашку. Вежливо попросил он.
Никитин выполнил просьбу. Доктор полез в свой английский сак, достав тонометр и фонендоскоп.
_Вы, голубчик, зря вот «диспансеризацию» не прошли. А то, как удобно, раз – и мы все про вас знаем: группу крови, температуру, пульс. Болячки всякие там – гепатит, ВИЧ, уж извините, венерические болезни. А сейчас работать заставляете.
Иронично пожурил Узника, интеллигентного вида врач.
_Ага, конечно. А еще ваши власти будут знать заодно, где я прячусь, что вытворяю. А мне нельзя, ведь я злостный нарушитель законов Цивилизации. Вы, наверное, из новостей уже слышали?
Незлобно парировал Никитин, подставляя свои спину и грудь профессиональным рукам и инструментам доктора.
_Ну, да-с, ну, да-с…. Миролюбиво откликнулся врач, взглянув поверх очков умными глазами на Алексея. Осмотрев его, продолжил:
Да-с, голубчик. Что сказать? Здоровье у вас, как у молодого, можно только позавидовать. Пульс и давление в норме. Лишь только небольшое переутомление и, вероятно, недоедание. Но не курорт, конечно, не курорт, сами понимаете. Да, и, кстати, откуда у вас на теле эти синяки, ушибы? Вас били? Прямо спросил он у заключенного.
_Так, док, я, поди, уж третьи сутки ничего не ел. Давали какую-то баланду – желудок к позвоночнику присох. А синяки…. Алексей махнул рукой: Это я споткнулся, док, упал, да об стену, об пол….
…. Никитин вспомнил, как те два амбала, каждый вечер, приходя к нему в камеру, целый час возились с ним, сопели. Кричали: «Говори, скотина, все говори, сволочь! Где подельники, связные, тайные явки, пороли? Бандит, террорист проклятый!» Мучались с ним, потели….
_Понятно. Грустно заключил врач, кивая седой уже головой:
Ладно, голубчик, прикажу, что бы вас покормили, обработали раны и дали витамины. Извините, все, что могу, все, что могу….
_Конечно, док. Спасибо вам большое!
Поблагодарил Алексей, первый раз, за это время, почувствовав к себе человеческое отношение.
Вздохнув еще раз, врач ушел, оставив Узника наедине со своими мыслями. Сев на стул и посмотрев на себя в зеркало, Никитин глубоко задумался:
«Господи! Видишь, я уже стал малодушествовать. Мне страшно…, страшно жалко стало себя. Вот, сейчас новый поворот в моем деле, видать, и я боюсь, боюсь будущего. Что будет дальше со мной? Я сильно устал за эти дни! Я, конечно, не смею Тебе ничего говорить…. Но где Ты, Господи? Почему Ты молчишь? Неужели это конец? Я Тебе не жалуюсь, я должен все претерпеть и давно смирился с Твоей волей, Ты знаешь. Но я не могу без Твоей поддержки, Ты меня слушаешь? Я верю…, я знаю, что Ты слышишь меня. Но почему Ты молчишь? Господь ответь, не молчи!»
И как будто к чему-то прислушиваясь, Никитин застыл на секунду. Потом, вздохнув, проговорил вслух, глядя в глаза своему отражению:
Недостоин ты, видать, Никитин. Печально, но факт, Он не хочет с тобой общаться….
«…Но когда это все началось? Когда, Господи, Ты первый раз пришел ко мне, смертному?..»

….Тогда, после встречи с «Заведеичем» прошло уж года три, наверное. Все уже стало забываться. Да и время стало быстро меняться. Поменялось все. Страна (распался Советский Союз), люди, деньги, работа, отношения женой, с детьми…. Неизменным оставалось только глубокое увлечение астрономией. Наблюдение комет, солнечной короны, открытие сверхновых…, много чего интересного и любопытного. В тот раз он был в отпуске и уехал в Калмыкию, в тамошнюю обсерваторию. Там с друзьями-единомышленниками затеяли кое-какие эксперименты с новым «конверсионным» супер-телескопом. Ночью, в открытой степи. Товарищи уже разошлись спать, а он бодрствовал, три чашки кофе держали его в тонусе. Хотелось работать: наблюдать, вычислять, прогнозировать. В таком состоянии он был на коне, и все другие проблемы (в основном личного порядка) уходили на задний план бытия. Затем, немного утомившись, что бы снять напряжение, он вышел из обсерватории на смотровую площадку, чуть размяться, походить. Стояла глубокая и тихая ночь. Глядя на распахнутое небо, усеянное бесчисленными зернистыми «светлячками» звезд и созвездий, окутанных как вуалью дымкой Млечного пути, у него захватило дух. Как тогда, когда вместе с бабушкой ходил на мост возле железнодорожной станции, встречать приходящие поезда (то было в глубоком его детстве)….
И сейчас он глядел на небо и не мог наглядеться:
Надо же! Мириады и мириады звезд, похожих на снежинки. В действительности же каждая из них – гигантский плазмореактор, для которого наше палящее солнце меньше былинки. А сколько еще в безбрежной Вселенной галактик, черных дыр и туманностей! А сколько, о, господи! Сколько еще космического вещества, элементарных частиц, нейтрино….
Глаза его, уставшие от наблюдений, стали «залипать». Небольшое оцепенение завладело им, и какая то сладкая нега окутала его всего. Он ощутил себя снова маленьким младенцем, завернутым в мягкие фло Дверь с тяжелым стуком открылась. Через ее проем желтый, и яркий свет коридора ворвался в одиночку, ослепив отвыкшего от его лучей Узника. Никитин с непривычки прикрыл глаза ребром ладони и, морщась, чуть приподнялся со своего «ложа».
_Никитин! - Услышал он резкий голос тюремщика.
_Да?
_С вещами на выход.
Уже бывший в годах, Узник тяжело встал и, шатаясь от усталости и голода, направился к выходу:
А вещей у меня с собой нет. - Криво усмехнулся он.
_Разговорчики! Выходи. - Строго повторил охранник.
….В коридоре стражник приказал Никитину встать лицом к стене, пока, бряцая связкой ключей, не закрыл массивную дверь каземата. Затем, пройдя узким проходом, Алексей и его сопровождающий подошли к двустворчатому проему, похожему на двери лифта. Стражник нажал на единственную красную кнопку, расположенную по правую руку от них, на стене. Дверь бесшумно открылась, показавшая за собой небольшую кабинку лифта.
_Заходи. - Лаконично приказал охранник. Никитин зашел, стражник за ним. Они встали лицом друг другу, ибо в таком узком месте это было логично. Заключенный, попривыкший к свету, смог рассмотреть своего визави. Это был молодой еще мужчина, военной выправки, с бритой физиономией. Он был одет в широкую, наподобие полицейской, фуражку с голубым околышем, и в такую же голубую форму со знаками различия из блестящего металла. К ремню на поясе были пристегнуты наручники, резиновая дубинка и «электрошокер». Глаза его, застывшие без всякого выражения, смотрели поверх головы Узника.
«С таким не поговоришь». Подумалось Никитину.
Вдруг, что-то изменилось, он сразу и не понял. Свет стал ярче. Лишь через секунду он увидел, что их лифт оказался из прозрачного материала, и просто поднялся из темной шахты в открытое пространство широких и светлых помещений с высокими сводами и доступными перекрытиями этажей. За несколько мгновений лифт промчался в верх через какие-то конторки с рядами столов, как в полицейском участке, где люди в форме и в штатском сновали туда-сюда, неся под мышками, и на вытянутых руках папки бумаг.
«Ихний офис». Равнодушно заметил для себя Никитин.
Затем лифт снова въехал в туннель и остановился возле хромированной двери, подсвеченной сверху лампочками точечного освещения. Какой-то голос неоткуда механически и четко скомандовал:
«Пройти контрольную проверку».
Сопровождающий Узника приставил свою правую кисть руки к небольшой пластиковой коробочке на двери, мигающая красная кнопка поменялась на зеленую:
«Проверка пройдена, пройти проверку второму объекту» Продолжил голос.
_Второй объект – неопозноваемый нарушитель контроля с сопровождающим, № 6896346.
Пояснил охранник роботу.
«Проходите». Двери бесшумно открылись, показав за собой более просторный, с приятным освещением коридор.
_Нам сюда. Стражник указал на широкую дверь, в которую упирался коридор. Подойдя к ней, тюремщик повторил маневр, проведя по сканеру с красной лампочкой правой рукой.
«Цель прихода?» Спросил тот же металлический голос робота.
_Подготовка задержанного к судебной процедуре.
«Номер преступника?»
_Преступник без права номера, с сопровождающим №6896346.
Заученно повторил невозмутимый охранник.
«Проходите» Эта дверь тоже бесшумно отворилась. За ней располагалось квадратное помещение, облицованное серо-голубыми пластиковыми панелями, с тремя стеклянными дверьми с каждой стороны. Охранник, показав на дверь с права, провел рукой по сканеру, другой тут же открыл дверь и крикнул:
Принять заключенного. И втолкнул Никитина за дверь, встав в проходе спиной. К Алексею подошла пожилая женщина в синем рабочем халате (вероятно кастелянша), жестом пригласив вправо – небольшой закуток, весь в кафеле:
Раздевайтесь и примите душ. На все три минуты, шевелитесь. Бесстрастно сказала женщина, оставаясь стоять на месте.
Никитин смущенно спросил: Куда мне положить вещи?
_Раздевайтесь здесь, я выйду. Душевая кабина напротив, шевелитесь. И она ушла.
Раздевшись, хотя это было и трудно: все болело от синяков и ушибов, а одежда прилипла к грязному и потному телу, Никитин вошел в душевую. В ней было так чисто и опрятно, что Узнику стало неудобно все здесь заляпать…. Кусочек мыла, бутылек шампуня, теплая вода, хорошо! Как давно он вот так, просто, по-человечески мылся?..
После, обтеревшись мягким полотенцем, чистый и умытый Алексей робко выглянул в «предбанник» - кастелянши не было. Зато на небольшом стуле лежала аккуратно сложенная новая тюремная одежда, а под ним пара белых тапочек с носками, вероятно для него. Одевшись в предложенную форму: оранжевую рубашку с коротким рукавом и в такого же цвета штаны, он сел на стул и обулся в тапочки на подобии теннисных. Вошел тот же охранник: Готов? Пошли дальше. - Сказал он и повел Никитина к другой двери.
_Спасибо за душ. - Поблагодарил Узник.
_Незачто, так положено.
Сухо ответил стражник и втолкнул Алексея в еще один кубрик. Здесь тоже было все из кафеля, но добавлена одна деталь: стол-трильяж с зеркалом и стульчик со спинкой как в цирюльне.
_Посидите пока, сейчас к вам подойдут. Стражник ретировался.
Через минуту зашел человек с саквояжем и в белом больничном халате, накинутом на добротный твидовый костюм английского покроя. Оказался врачом.
_Пожалуйста, встаньте и снимите верхнюю рубашку. Вежливо попросил он.
Никитин выполнил просьбу. Доктор полез в свой английский сак, достав тонометр и фонендоскоп.
_Вы, голубчик, зря вот «диспансеризацию» не прошли. А то, как удобно, раз – и мы все про вас знаем: группу крови, температуру, пульс. Болячки всякие там – гиппатит, ВИЧ, уж извините, венерические болезни. А сейчас работать заставляете.
Иронично пожурил Узника, интеллигентного вида врач.
_Ага, конечно. А еще ваши власти будут знать заодно, где я прячусь, что вытворяю. А мне нельзя, ведь я злостный нарушитель законов Цивилизации. Вы, наверное, из новостей уже слышали?
Незлобно парировал Никитин, подставляя свои спину и грудь профессиональным рукам и инструментам доктора.
_Ну, да-с, ну, да-с…. Миролюбиво откликнулся врач, взглянув поверх очков умными глазами на Алексея. Осмотрев его, продолжил:
Да-с, голубчик. Что сказать? Здоровье у вас, как у молодого, можно только позавидовать. Пульс и давление в норме. Лишь только небольшое переутомление и, вероятно, недоедание. Но не курорт, конечно, не курорт, сами понимаете. Да, и, кстати, откуда у вас на теле эти синяки, ушибы? Вас били? Прямо спросил он у заключенного.
_Так, док, я, поди, уж третьи сутки ничего не ел. Давали какую-то баланду – желудок к позвоночнику присох. А синяки…. Алексей махнул рукой: Это я споткнулся, док, упал, да об стену, об пол….
…. Никитин вспомнил, как те два амбала, каждый вечер, приходя к нему в камеру, целый час возились с ним, сопели. Кричали: «Говори, скотина, все говори, сволочь! Где подельники, связные, тайные явки, пороли? Бандит, террорист проклятый!» Мучались с ним, потели….
_Понятно. Грустно заключил врач, кивая седой уже головой:
Ладно, голубчик, прикажу, что бы вас покормили, обработали раны и дали витамины. Извините, все, что могу, все, что могу….
_Конечно, док. Спасибо вам большое!
Поблагодарил Алексей, первый раз, за это время, почувствовав к себе человеческое отношение.
Вздохнув еще раз, врач ушел, оставив Узника наедине со своими мыслями. Сев на стул и посмотрев на себя в зеркало, Никитин глубоко задумался:
«Господи! Видишь, я уже стал малодушествовать. Мне страшно…, страшно жалко стало себя. Вот, сейчас новый поворот в моем деле, видать, и я боюсь, боюсь будущего. Что будет дальше со мной? Я сильно устал за эти дни! Я, конечно, не смею Тебе ничего говорить…. Но где Ты, Господи? Почему Ты молчишь? Неужели это конец? Я Тебе не жалуюсь, я должен все претерпеть и давно смирился с Твоей волей, Ты знаешь. Но я не могу без Твоей поддержки, Ты меня слушаешь? Я верю…, я знаю, что Ты слышишь меня. Но почему Ты молчишь? Господь ответь, не молчи!»
И как будто к чему-то прислушиваясь, Никитин застыл на секунду. Потом, вздохнув, проговорил вслух, глядя в глаза своему отражению:
Недостоин ты, видать, Никитин. Печально, но факт, Он не хочет с тобой общаться….
«…Но когда это все началось? Когда, Господи, Ты первый раз пришел ко мне, смертному?..»

….Тогда, после встречи с «Заведеичем» прошло уж года три, наверное. Все уже стало забываться. Да и время стало быстро меняться. Поменялось все. Страна (распался Советский Союз), люди, деньги, работа, отношения женой, с детьми…. Неизменным оставалось только глубокое увлечение астрономией. Наблюдение комет, солнечной короны, открытие сверхновых…, много чего интересного и любопытного. В тот раз он был в отпуске и уехал в Калмыкию, в тамошнюю обсерваторию. Там с друзьями-единомышленниками затеяли кое-какие эксперименты с новым «конверсионным» супер-телескопом. Ночью, в открытой степи. Товарищи уже разошлись спать, а он бодрствовал, три чашки кофе держали его в тонусе. Хотелось работать: наблюдать, вычислять, прогнозировать. В таком состоянии он был на коне, и все другие проблемы (в основном личного порядка) уходили на задний план бытия. Затем, немного утомившись, что бы снять напряжение, он вышел из обсерватории на смотровую площадку, чуть размяться, походить. Стояла глубокая и тихая ночь. Глядя на распахнутое небо, усеянное бесчисленными зернистыми «светлячками» звезд и созвездий, окутанных как вуалью дымкой Млечного пути, у него захватило дух. Как тогда, когда вместе с бабушкой ходил на мост возле железнодорожной станции, встречать приходящие поезда (то было в глубоком его детстве)….
И сейчас он глядел на небо и не мог наглядеться:
Надо же! Мириады и мириады звезд, похожих на снежинки. В действительности же каждая из них – гигантский плазмореактор, для которого наше палящее солнце меньше былинки. А сколько еще в безбрежной Вселенной галактик, черных дыр и туманностей! А сколько, о, господи! Сколько еще космического вещества, элементарных частиц, нейтрино….
Глаза его, уставшие от наблюдений, стали «залипать». Небольшое оцепенение завладело им, и какая то сладкая нега окутала его всего. Он ощутил себя снова маленьким младенцем, завернутым в мягкие флонеливые пелена, и уютно засыпающим на груди любящей матери….
_Как хорошо, господи…, боже ты мой, как чудно все устроено….
_ДА, АЛЕКСЕЙ, ВСЕ ЧУДЕСНО УСТРОЕНО. Услышал он тихий Голос, ни капли не удивляясь:
КАК ТЫ ДУМАЕШЬ, АЛЕША? ЗАЧЕМ ВСЕЛЕННОЙ ТАКОЕ ОБИЛИЕ ВЕЩЕСТВА? МОЖЕШЬ ТЫ УСМОТРЕТЬ В ЭТОМ ТАЙНУЮ ЛОГИКУ? В ТАКОМ КОЛЛИЧЕСТВЕ КВАРКОВ, ЛЕПТОНОВ, БАЗОНОВ, ФОТОНОВ И МЮЗОНОВ. ПОДУМАЙ НЕМНОГО, АЛЕКСЕЙ. ВЕДЬ ТАКОЕ РАЗНООБРАЗИЕ ЖИЗНЕННОЙ МАТЕРИИ НЕОБХОДИМО ДЛЯ АССИМЕТРИЧНОГО РАСПРОСТРОНЕНИЯ ВЕЩЕСТВА И АНТИВЕЩЕСТВА В КОСМОСЕ. И ЕСЛИ БЫ ТАКОЙ АССИМЕТРИИ НЕ БЫЛО, ВСЕ ЧАСТИЦЫ КОСМОСА ТОГДА БЫ АННИГЕЛИРОВАЛИ, И ВСЕ МИРОЗДАНИЕ ПРЕКРАТИЛО БЫ СВОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ ЗА ДОЛИ СЕКУНДЫ…. И ТАКОЙ ПОРЯДОК ВО ВСЕМ, АЛЕКСЕЙ. ВЕЗДЕ, КУДА НИ ГЛЯНЕШЬ, В ТЕЛЕСКОП ЛИ, ИЛИ В МИКРОСКОП. ВСЕ В ЭТОМ МИРЕ ОТНОСИТЕЛЬНО….
_Относительно чего?... Вставил умиротворенный и счастливый Никитин, блаженно улыбаясь.
_ОТНОСИТЕЛЬНО МЕНЯ, АЛЕША, ОТНОСИТЕЛЬНО МЕНЯ….
Голос умолк…. Оцепенение прошло. Алексей дернулся как во сне, и очнулся сидящим на небольшом утесе над обрывом, под которым открывался далеко уходящий вид широкой лесостепи, пробуждающейся от первых лучей восходящего солнца. Оказалось, что обсерватория осталась позади, в двухстах метрах от этого места…
«Вот что делают с заработавшемся человеком три чашки кофе и бессонница.» Подумалось тогда ему. Но где-то глубоко в душе он твердо знал, Кто с ним в ту ночь разговаривал. Знал, но не мог еще поверить….

…._Ну что, как обстоят у нас дела?
От неожиданности наш Узник чуть не подскочил на месте. В зеркале, по бокам от себя, Алексей увидел двух молодых людей в белых халатах, которые, широко улыбаясь, рассматривали его в отражение.
_Извините, не хотели вас пугать, это все из-за бесшумных дверей…. Мы, видите ли, к вам, профессор. И вот по какому делу….
Один из них, который был повыше, насмешливо похлопал Алексея по плечу.
«Почему профессор?» Неприязненно подумал Никитин.
_Вас, наверное, тюремный врач прислал? Уже оправившись от испуга, сухо спросил он у непрошенных гостей.
_Совершено, верно, доктор Липтон, милый старикан. Фамильярно уточнил тот, который был пониже ростом.
_Говорит: «Клиента надо подлечить, покормить и представить в лучшем виде перед обществом». Ведь вам сегодня выступать перед аудиторией, не так ли, профессор? Ехидно продолжил первый, вероятно более разговорчивый.
_Вам видней. Ну что, где еда? В тон парировал Никитин немного грубо.
_Это после, а сейчас вам предстоит пройти медобработку. Небольшой визаж, так сказать. Уже серьезно ответил высокий, у которого на мочке правого уха блеснула маленькая серьга:
Итак, что мы имеем? - Деловито продолжил он, встав позади кресла, как заправский парикмахер. Затем, немного театрально запрокинув голову Никитина на подголовник, стал разглядывать физиономию Алексея, водя по линиям лица тонким и мягким, как у женщины, мизинцем:
Эк вас угораздило «фэйсом об тейбол», профессор. Я же говорю: «меньше надо пить и больше закусывать». Не так ли, Жорж? Не очень уместно съерничев, обратился он к своему напарнику. Тот хохотнул, кивнув, и начал обследовать руки заключенного.
Алексей решил на реплики сопляков не реагировать: «этот болтливый пе… пижон – слабак, видно. Хоть в морду и не даст, но если что, то куда надо сдаст. Так что спокойно Никитин. Все нормально»….
_Внимание, профессор, будет чуть-чуть больно. Потерпите, о, кей? – И «длинный» начал колдовать над лицом Узника, кстати, весьма умело и ловко. Второй в это же время пыхтел над искалеченными от многочисленных синяков и порезов руками, сотваряя что-то наподобие маникюра. Лицо и руки и вправду пощипывало, а так ничего, более-менее терпимо. Прошло немного времени….
_Ну что, вполне прилично получилось, я думаю. – Закончив, «длинный» поднял голову Алексея, и, подвинув к зеркалу, стал любоваться на свою работу со стороны. Никитин взглянул на себя в отражение и удивился: синяков и царапин на лице как не бывало. На него смотрел напудренный розовощекий старичок с причесанной головой и ухоженной бородой. Вылитый Санта Клаус. Он посмотрел на свои руки, руки были обработаны ювелирно. «Да, ребятки знают толк в своем деле».
_Спасибо конечно за «грим». Честно сказать, сделано профессионально. Поблагодарил Алексей.
_Не за что – это наша работа. Ответил парень, который возился с его руками. Его друг с серьгой в ухе жеманно поклонился, добавив:
Всегда, пожалуйста. К вашим услугам. И они душевно рассмеялись, шлепнув друг друга по ладоням.
_А когда поесть принесут? Неуверенно продолжил Никитин, устало вздохнув.
_О, профессор, это не к нам. Мы же свое дело сделали, так что ариведерчи. Собирайся Жорж. – Обратился «длинный» к своему другу. Тот побросал инструменты в кейс, и товарищи, весело помахав Никитину в отражение, под руку направились к выходу. Уже на пороге, «открыв» правой кистью руки электрозамок двери, тот, с серьгой, чуть обернулся:
Да, профессор…, и передавайте привет своему «боженьке»….
Его глаза, как показалось Никитину в этот миг, блеснули злобой. Затем он скрылся за бесшумно закрывшимися дверями.
«Типичный антипод. Ну и черт с ним»…. Рассеяно подумал Узник, ожидая, когда же его, наконец, покормят.


* * * * * *

Тюрин Георгий

Комментарии

Имя:

Код подтверждения: введите цифрами сумму чисел: 2 + 6

Текст:

Жанры

Активные авторы

Все авторы: