Бес ксенофобии

К началу нового тысячелетия в ряду основных проблем, стоящих перед человечеством, на одно из первых мест вышла проблема межэтнической толерантности. И одним из наиболее часто произносимых звукосочетаний во всем мире стало слово «ислам». А также различные производные от него.

Важно, однако, разделять эти понятия – исходное и производные. Например, отличать ислам от исламизма.

Будучи представителем другого вероисповедания, я не хотел бы обсуждать саму религиозно-вероисповедальную конструкцию. Без участия оппонентов это было бы некорректно с моей стороны. Что же касается исламизма…

Для невнимательного, небрежного уха слова «ислам» и «исламизм» могут сливаться в единую сущность, тогда как первый термин обозначает вероучение и связанную с ним религиозную атрибутику, а исламизм суть политическая деятельность, скажем просто и резко, жупелом для которой служит оная конфессиональная вывеска.

И здесь, как и во многом в нашей жизни, трудно перешагнуть через диалектическую проблему единства и противостояния формы с содержанием. Зато очень легко дать увести свое понимание от общего к частностям. Давайте, ненадолго остановимся на двух из них, тех, что ныне у всех на слуху: «исламский экстремизм» и «межэтническая толерантность».

Если следовать логике вещей, то не исламский, а исламистский экстремизм. Последнее слово тоже неплохо бы заменить, поскольку у всякой палки имеется два экстремума, а у предметов с конфигурацией посложнее их может быть и поболе. Чем заменить?

А ухватимся за слово «толерантность», каковое нынче прочно вошло в моду у либеральных слоев интеллигенции (или интеллигентных слоев либералов – как хотите). Если выражаться по-русски, сие означает терпимость. Всякое же качественное определение имеет свой антоним. В социально-политической плоскости у толерантности таковой обозначается термином «ксенофобия». И как ни странно, слово это звучит довольно редко, тогда как явление само настолько обыденно, что люди во все века и особенно нынче к нему привычны, как Тарас к своей люльке.

Вот это и есть содержание. Ксенофобия. Старо, как этот мир. А «одежды» себе придумывать-изобретать не устает. Расовые, национальные, нацистские (фашизм), классовые (марксизм), религиозные… «Коричневая чума», «красная холера» в основном остались в веке двадцатом; болезнь XXI века вырисовывается – не менее зловещая – в виде «зеленой лихорадки». Все это одежды, а под ними скрывается суть, имя которой – ксенофобия. По-русски расшифровывается: «что наше – то святое, что не наше – то вражина».

[К моему особому сожалению, ксенофобия имеет место и внутри христианства. Между деноминациями – это еще как-то можно понять. Межрелигиозные различия – любимый конек сатаны. Потому он и любит так религии. Но, увы, на элементы ксенофобии иногда натыкаешься внутри родной деноминации. Бывает, когда у кого-то недостает возможностей для понимания чего-либо, он обходится с тем, что выше его понимания, как мартышка с очками: «О камень так хватила их, что только брызги засверкали». Шлеп ярлык – и дело готово.]

Ксенофобия – основа всякой тирании, деспотии, любого тоталитарного режима какой угодно окраски. Ни на чем другом его не построишь.

Почему бес ксенофобии избрал в качестве если не главного, то одного из основных мест жительства Россию? Возможное направление поиска ответа на этот вопрос автор попытался обозначить в своей заметке «Замок на песке».

Другая частность, противоположная ксенофобии, – межэтническая толерантность – отваливается от той же сущности. Отсутствие или недостаток межэтнической, как и любой другой, толерантности и есть не что иное как один из серьезнейших пороков человеческой натуры – ксенофобия. Каковая в данном случае, о котором идет речь, рядится в одежды этнических окрасок. Вот об этой гидре и надо говорить и одежды ее не разглядывать, а срывать.

[Тут уж автор сам теряет всякую толерантность, но какая может быть у нормального человека толерантность к ксенофобии! Это уже – раздвоение личности.]

Итак, договорились? Не исламский экстремизм, а исламистская (или псевдоисламская) ксенофобия.

В основе ее лежит историческая ненависть потомков Измаила (Исмаила, Исмагила) к семени Исаака. Ненависть, возникшая еще на заре формирования обоих суперэтносов. Согласно книге Бытие, являющейся мировоззренческой основой трех мировых вероучений – христианства, иудаизма и ислама, – Бог (Яхве, Аллах) предопределил халдеянку Сару, позже – Сарру, в качестве жены родоначальника израильского и будущих мусульманских народов Аврама, позже – Авраама (Абрахама, Ибрагима). А египтянке Агари досталась лишь роль служанки, изгнанной к тому же из дома с малолетним Измаилом. [Стоит, кроме того, вспомнить, что, согласно Библии, египтяне – потомки Хама (Пс. 77:51).]

Похожая участь постигла и детей наложниц: «И отдал Авраам все, что было у него, Исааку. А сынам наложниц, которые были у Авраама, дал Авраам подарки и отослал их от Исаака, сына своего, еще при жизни своей на восток, в землю восточную…» (Быт. 25:5-6).

Уже набило оскомину затасканное слово «сегодня» и его синонимы, расшвыриваемые, опять-таки сегодня, направо и налево. Тогда как все «сегодняшние» процессы появились далеко не сегодня; вопрос только стоял в разное время и разных местах о степени генезиса того или иного процесса. Так, секуляризация, политизация, огосударствление, военизация ислама происходили почти что с самого его зарождения, причем не по, а вопреки откровениям Аллаха, доведенным до широкой общественности пророком Магометом (он же – Мохаммед, Мухаммед, Махмуд).

[То же самое произошло, кстати, и с христианством через несколько веков после смерти и воскресения Христа (вернее, это уже было псевдохристианство – дьявол также удобно располагается на любых традициях, какой угодно религиозной символике, подменяющих истинного, живого Бога, как в самом мягком кресле). И также не по, а вопреки Новому Завету.]

И последняя активизация процесса «озеленения» (исламизации) планеты пришлась отнюдь не на 90-е гг. ХХ века, а годы, последовавшие после второй мировой войны, как попытка арабо-мусульманского сообщества противодействовать воссозданию потомками Исаака – Иакова своего собственного государства на землях, некогда отвоеванных Израилем у народов, ведущих свое происхождение от младшего сына Ноя, проклятого своим отцом (Быт. 9:22-27; 10:6-19). А позже отошедших потомкам Измаила в результате захватнических войн.

Политическое пробуждение мусульманских народов сыграло важную роль в окончательном крахе глобальной колониальной системы. Однако к настоящему времени активизация воинствующего исламизма продолжается. Видимо, некоторые нынешние особенности данного малоутешительного процесса следует воспринимать в том числе еще и как реакцию на прекращение былой поддержки со стороны советского блока и закрепившуюся тенденцию возвращения России в лоно иудео-христианской цивилизации.

Заболевание XXI века – «зеленая лихорадка» – грозит стать широкомасштабным, ничуть не лучшим, чем пресловутые «коричневая чума» и «красная холера», прекратившие существовать как глобальные явления к концу ХХ столетия. (Бактерии какое-то время отдыхают в виде спор.)

Кому ж еще не понятно, что идейная подоплека той или иной разновидности ксенофобии не имеет ничего общего с самой разновидностью? Что между партхозноменклатурой и рабочим классом не может быть никакой ниточки, хоть сколько-нибудь их связующей? Что кровь наиболее оголтелых в истории антисемитов была в той или иной степени разбавлена кровью еврейской? Что не только Библия, но и Коран (даже с учетом всей его внутренней противоречивости и, главное, небогодухновенности) является идейным противником ксенофобии, исповедуемой, проповедуемой и практикуемой исламистами?

Виталий Александров

Комментарии

Имя:

Код подтверждения: введите цифрами сумму чисел: 6 + 10

Текст:

Жанры

Активные авторы

Все авторы: