Благословенная обитель мира.

Миновав обитаемые и не обитаемые острова страны, называемой федеральные штаты Микронезии, приблизились к земле царя Филиппа. Войдя в опасный пролив с сильными течениями, оказались в Сибуянском море и достигли дальних пределов Азии. Двигаясь между островами, населенными разными народностями вошли в море Сулу. Преодолев это море недалеко от тех мест, где погиб Магеллан, мы покинули Филиппины и вошли в Южно-Китайское море. Двигаясь всю ночь на юг при свежем попутном ветре, приблизились к громадному острову Борнео или Калимантан. И еще через два дня пути бросили якорь в небольшой бухте недалеко от поселка, стоящего на сваях в воде.
Вечером того же дня мы услышали первый человеческий голос этой земли. Это был голос молитвы, доносившийся из маленькой мечети с золотыми куполами, тоже стоящей на сваях в воде внутри поселка. Голос молитвы понравился моей душе. Он отражался от вечерних покрытых лесом склонов гор и подтверждал предположение о том, что мы достигли дальних пределов мусульманского мира.
Продолжая идти на юг, вскоре увидели огромную гору Кинабалу, поднимающуюся выше облаков. Она останавливала грозовые тучи, которые по ночам вспышками молний жутко освещали ее с разных направлений. И еще через несколько дней бросили якорь у города Кота Кинабалу, столицы одного из штатов государства Малайзии. Постояв там некоторое время при слабых ветрах и встречных течениях приблизились к острову Лабуан, на котором находится город с большими домами и крупный порт. За заливом начиналась другая страна, именуемая султанат Бруней Даруссалам. Мы раньше ничего не слышали о ней. А те сведения, которые узнали в пути, были противоречивы и непонятны. Ясным было то что в этой стране правит султан, это одна из самых богатых стран на свете, в ней почти нет туристов а название переводится как благословенная обитель мира. Канадский яхтсмен сказал что ему позволено находиться в этой стране 10 дней. А австралийские яхтсмены подтвердили что им в страну без визы вход запрещен.
В любом случае эта страна находилась на нашем пути и утром подняв якорь под парусами и мотором, пройдя 20 морских миль, приблизились к искусственному каналу, ведущему в реку с сильным течением, за которым находился порт страны Бруней. Поднявшись несколько миль вверх по течению, бросили якорь у королевского яхт-клуба. Вместе с нами стала на якорь австралийская яхта. Экипаж которой не выходя на землю утром следующего дня поднял якорь и покинул страну. Кроме нас осталось стоять 2 яхты под английским флагом. Так же на якорных бочках стояло несколько маленьких яхт, принадлежавших, по всей видимости, члена яхт-клуба. И больше никого.
По небу летали военные вертолеты. Мимо пронеслось несколько открытых военных лодок с солдатами, вооруженными пулеметами и автоматами. С обоих сторон к нам приблизились два полицейских катера, поздоровались и на большой скорости унеслись вверх по реке. Возможно, это было связано с учениями, потому что в миле от нас боевые корабли флота султана стояли у причальной стенки военной базы. Мы спустили на воду лодку. Взяв необходимые документы, заведя подвесной мотор, я мирно отправился в направлении международного морского терминала, где находилась иммиграция, таможня и портовые власти. Припарковал тузик у небольшого причала, с другой стороны которого стояла большая деревянная лодка, доверху груженная бананами. Это были два малазийца, которые привезли бананы для продажи в Бруней. Эмиграционный чиновник поставил штампы в паспорта и они, попрощавшись, пошли оформлять бумаги в таможню. Подошла моя очередь. Протянул паспорта. Чиновник раскрыл паспорт Анжелики и заявил что гражданам России вход в Бруней без визы запрещен. Чиновник был неплохим парнем. Я видел что ему не нравиться говорить такие вещи. Он извинился и протяну паспорта обратно. Я спросил по поводу граждан Украины. Он взял паспорта, раскрыл мой достал штамп и поставил печать. Поздравил с прибытием в Бруней и радостно сообщил что течении месяца могу передвигаться во всех направлениях их страны. Я спросил по поводу экипажа. Он просил подождать и по телефону связался со своим начальством, его начальство перенаправило в более высокие инстанции, пока не дошел до высших чинов. Вердикт был таков: так как я нахожусь в стране легально, экипаж может находиться на яхте сколько угодно долго без права выхода на землю.
Вернулся на яхту и в тот же день мы решили высадиться на землю. Анжелика готовилась к нелегальной высадке довольно тщательно. Одела хорошее платье, подушилась и мужественно села в лодку. Мы причалили к деревянному пирсу яхт-клуба и оказались в компании хороших людей. За 5 долларов в день нам выдали временную членскую карту, позволяющую бесплатно пользоваться стиральной машиной, душем, бассейном, парковать лодку и набирать неограниченное количество воды. Оказалось что Бруней единственная страна в мире, где алкоголь не продается нигде, включая отели. Яхт – клуб, оказался местом, где собираются белые, живущие и работающие в этой стране. А ресторан королевского яхт – клуба оказался единственным рестораном, куда можно прийти со своей бутылкой.
На следующий день отправились в столицу страны. Выяснилось что билет на автобус стоит 1 доллар, куда бы он не ехал. В городе находились две большие мечети, построенные султаном и его отцом. С куполами, покрытыми чистым золотом. У мечети находился высокий минарет белого цвета, похожий на колокольню Ивана Великого, то же с золотым куполом. В городе оказалось мало людей. Мы не встретили ни одного нищего. С удивлением узнали что здесь находится самый дорогой в мире отель. Как инженеру–строителю мне было не понятно каким образом можно было потратить 2,5 миллиарда долларов на строительство дома жуткой архитектуры, но все оказалось просто. Отель построен из драгоценных металлов. В нем даже выключатели из чистого золота. Жители столицы доброжелательно здоровались со мной и спрашивали нравиться ли мне их страна. Вначале было непонятно такое внимание, но оглядевшись вокруг понял что мы, по сути, единственные иностранцы.
В самом центре города большое здание с куполом – личный музей султана. Вход бесплатный. Единственное что просили снять обувь. Это был первый музей, который когда - либо видел по которому нужно ходить босиком. Весь музей был услан коврами. Меня просили расписаться в книге гостей. Записал свое имя и название страны. Со всех сторон струилась прохлада кондиционеров. Музей был красиво и богато оформлен. Кроме основных регалий, связанных с символом власти, музей практически состоял из даров, преподнесенных султану главами различных государств и посольств. И в этом громадном здании мы были единственными посетителями. Я шел мимо длинных рядов дорого оружия, письменных приборов, шкатулок и разных дорогих сувениров, читая таблички кем и какой страной это вручено. Было очень интересно. Видна наглядно вся политика государства. И тут увидел нечто, заставившее остановиться. Эта была небольшая карта Крыма, выполненная из камней с флагом в правом углу. На табличке было написано: «вручено султану правительством Республики Крым». Удивительно. Я смотрел на карту Крыма и вспоминал события, которые ушли теперь уже в далёкое прошлое. В те смутные времена на развалинах советской власти был избран парламент. Был утвержден герб и флаг Крыма. Флагом был назван флаг Белой армии – белое полотнище с узкой синей полоской вверху и узкой красной внизу. Тот самый флаг, под которым сражались и умирали в боях против неверных во время гражданской войны. Тот самый флаг, который развивался над Крымом до 1921 года, когда во время боев на Перекопе Красная армия прорвала оборону. И вот на исходе 20-го века на руинах старого мира на этот раз советской империи флаг Белой армии снова зареял над Крымом, давая надежду на иное будущее.
Огляделся вокруг. Даров у султана много. А где же находится сокровенная часть политики государства? И вошел в центр благословенной обители мира.
В комнате, освещенной мягким светом в большой нише, выложенной мозаикой из золота, висел портрет султана. А слева и справа лежали на черном бархате ордена, врученные правителями других стран. Я шел босиком по громадному красному персидскому ковру, рассматривал ордена и читал подписи. Вот орден Индонезии, Малайзии. Задержался у большого красного немецкого креста с гербом Германии в центре. Рассмотрел синий шведский орден и остановился у следующей таблички: «Орден Ярослава мудрого 1-й степени, вручен султану правительством Украины в 2004 году». Орден был выполнен по принципу орденов средневековья – с цепью из маленьких гербов. На большом синем кресте по периметру белого круга была надпись « Ярослав Мудрый» и в центре контурный портрет великого князя Киева – матери городов русских.
Через несколько дней мы покинули Бруней и взяли курс на юго-запад Китайского моря. Спустя сутки попали в шторм, который отбросил нас обратно. Из за лопнувшего крепления гика вернулись на остров Лабуан, где намеревались отремонтироваться и дождаться смены сезона муссонов. Иммиграционные власти Малайзии не разрешили Анжелике высадиться на землю потому что в её паспорте не было штампов Брунея. Получалось что она покинула страну и вернулась обратно из ниоткуда. После долгих дипломатических переговоров мне удалось убедить начальника иммиграции порта разрешить нам стоять на якоре в течении месяца. Вскоре меня знали в лицо все иммиграционные чиновники, включая тайных. При встрече на улице они здоровались и вежливо спрашивали когда мы покинем страну. Один из них дал совет обратиться к начальнику иммиграции острова. Сказал что он хороший человек.
На следующий день пошёл на приём. Подождал некоторое время пока главный шеф закончит молитву в мечети. После продолжительной беседы нам удалось прийти к компромиссному решению: Анжелике выписывают листок-вкладыш, дающий право на пребывание в Малайзии в течении недели. Теперь появился шанс получить визу в Бруней. Его консульство находилось в другом штате, на другом острове. Но это ничего не меняло. Шанс нужно было использовать.
В ночь с 25 на 26 июля 2012 года к малазийскому острову Лабуан, что у Брунейского залива, напротив острова Борнео, с востока Южно-Китайского моря приближалась опасная гроза. Но ни я ни кто-либо другой ничего об этом не знали. Яхта стояла на якоре в бухте острова, подтверждая его название. Лабуан переводился с малайского как «якорная стоянка». С одной стороны бухты был город, с другой – нефтеперерабатывающий завод.
Анжелика уехала в столицу штата город Кота Кинибалу с визитом в Брунейское консульство для получения визы в Бруней. А я, полулежа в неудобной позе, пытался снять стартер с мотора, чтобы его установить в правильное положение. При старте шестеренка стартера проскальзывала и не цепляла главную шестерню двигателя. Поэтому мотор не проворачивался и не заводился. Вечерело. Решить отложить работу до утра. Но в голову пришла странная мысль: если вдруг загорится завод, нефть и бензин могут потечь в бухту и я окажусь в огненной ловушке. Мысль была настолько странная, что я зажег фонарь и продолжил работу ночью. В полночь стартер был установлен. Повернул ключ зажигания. Мотор завелся. Довольный, отмыл руки от масла и выбрался на палубу, где было не так жарко. Прилег, обдуваемый ночным бризом, взирая на огни города, за которым на черном небе вспыхивали и гасли частые всполохи молний. Приближалась гроза.
Через некоторое время стали доноситься звуки грома. Гроза шла с востока Китайского моря в направлении острова Лабуан. Яхта находилась под надежной защитой земли. Беспокоиться было не о чем. Перед тем как идти спать решил дождаться первых порывов шквалистого ветра, означающих приход дождя. Хотелось убедиться хорошо ли держит якорь. Пришел ветер. Он не был настолько сильным, как я предполагал. Якорь держал крепко. Затем начался дождь. Он тоже оказался не проливным. Но что-то меня насторожило. Показалось, что молнии бьют слишком часто. Гораздо чаще, чем обычно. Гроза шла на большой высоте. Молнии с ужасающим грохотом проносились горизонтально и временами били в землю. Я видел как столбы молний то здесь, то там обрушиваются на поверхность горизонта. И вот наступил момент, когда молнии стали бить вокруг меня во всех направлениях. Это был центр грозы. Дождь ослаб и превратился в мелкую водяную пыль. И тут я увидел как толстый столб молнии ударил в нефтяной завод. Ветер стих. Я спустился внутрь и решил лечь спать. Но показалось, что в каюте вдруг стало очень светло. Будто кто- то снаружи внезапно включил яркий свет. Выглянул и удивился необычному цвету облаков. Они имели странный светло красный оттенок. Повернул голову в сторону нефтезавода и ужаснулся: в том месте, где ударила молния, широкая громадная стена пламени поднималась на высоту 100 метров. Пламя зловеще освещало контуры завода, трубопроводы и большие и малые цистерны с бензином и нефтью. Я понял: если придет ветер все взорвется. До завода около полутора километров. Если все начнет взрываться, меня может засыпать обломками. Но если огненные реки нефти и бензина потекут в бухту, подниму якорь и буду немедленно уходить в море.
Над головой с грохотом пронеслась молния. Со стороны завода прогремел взрыв, и я почувствовал, как ударная волна рванула рубашку на теле. Пламя внезапно спало. Теперь огненные языки поднимались не более чем на 20 метров. Я наблюдал за пожаром несколько минут. И вдруг увидел, как толстый столб молнии опять ударил в завод, на этот раз в другом месте. Вскоре в месте удара молнии начали вырастать высокие клубы дыма. На фоне пожара было видно как они поднимаются до самых облаков. В этот момент завод жутко загудел. Он выл как раненное животное, сиренами тревоги сообщая всем своим работникам сигнал о немедленной эвакуации. Послышались звуки сирен пожарных машин. Через два часа стало заметно, что клубы дыма от пожара вызванного вторым ударом молнии начинают редеть. Пожарные справлялись с огнём. Первый пожар полыхал также как и раньше, не увеличиваясь и не уменьшаясь.
Не задолго до рассвета пошел спать. Но с первыми лучами солнца меня разбудил сильный взрыв. Казалось, что где-то недалеко рванула авиабомба. Захотелось что бы никто не погиб. Позже оказалось что этот взрыв слышали все жители острова и в некоторых витринах магазинов вылетели стекла. К утру прояснилось что горел не завод, а танкер груженный какой –то высокооктановой смесью. Он стоял у нефтеналивного причала и в момент загрузки топлива в него попала молния. Пятеро из членов команды пропали без вести. Но к вечеру обнаружили двух мертвых и трех живых, которых доставили в госпиталь. Хорошо что весь танкер не взорвался сразу, а полыхнул как гигантский факел. Он горел сутки, хотя его тушили мощными водометными аппаратами. Танкер лег на грунт и завалился на бок, зачерпнув воду разорванными взрывами бортами. Люди говорили что такого раньше не было никогда. Анжелика этого не видела. Она заночевала в отеле Кота Кинабалу и вернулась днем с брунейской визой.
На синем небе светило солнце. И не верилось что недавно над островом пронесся огненный шторм, который вошел в историю этой земли.

Во второй половине 1433 года по мусульманскому летоисчислению мы бросили якорь в порту султаната Бруней Даруссалам. Знакомый австралиец, работающий учителем в местной школе, уезжая в отпуск одолжил нам свою машину. Пользуясь этим обстоятельством мы решили добраться до самого удалённого уголка страны.
Дорога вначале шла вдоль моря, затеи углубилась в земли даяков - охотников за головами. Селения речных даяков стояли в реках на сваях. Но мы держали путь к сухопутным даякам, живущих в длинных домах. Дорога оказалась долгой и петляющей по тропическому лесу. Иногда приходилось тормозить, пропуская стайки небольших обезьян, перебегающих через проезжую часть.
Дорога закончилась возле длинного деревянного дома, стоявшего на сваях в глухом лесу. Анжелика осталась в машине, а я вышел и осмотрелся: первый раз видел такую длинную дорогу, идущую к одному дому. Зашёл в дом. Он оказался не только длинным, но и широким. И представлял собой покрытое крышей большое пространство усланное циновками, на которых спали люди, играли дети, и женщины на деревянных станках ткали пряжу. Все заинтересовались моим появлением. Подошёл к красивой девушке, которая хорошо говорила по английски и расспросил о истории их народа. Мне было известно ранее, что во время второй мировой войны японское правительство отправило в их земли одну за другой три военных экспедиции, но ни один солдат не вернулся обратно. По моим расчётам здесь должны быть груды голов. Но осмотревшись вокруг не увидел ни одной. Девушка посмотрела на потолок где раньше висели головы и сказала что последние четыре из них её бабушка отдала недавно в музей…
Вскоре начался праздник, когда двери дворца султана на три дня открыты для всех. Мы нанесли визит и встретились с королевской семьёй. Султан и его братья пожали мне руку и спросили из каких мы стран. На выходе из дворца каждый посетитель получил небольшой подарок.
Мы пытались ремонтироваться, но Бруней маленькая страна и для того чтобы найти нужные детали, необходимо ехать в Малайзию. Одолжив у знакомых филиппинцев машину, рано утром отправились в путь. Дорога шла по джунглям через земли речных даяков и пересекала многие реки. На многих были мосты, на некоторых паромные переправы.
Граница между Брунеем и Малайзией сильно изрезана. И только одна дорога. Поэтому двигаясь в одну сторону нам пришлось 4 раза пересекать границу. К первой границе подъезжали с лёгким волнением. Недалеко от заставы висел знак, на котором было написано «Охраняемая территория» и изображён человек, стреляющий из ружья в другого. Притом другой уже начал падать. Сразу захотелось остановить машину и выйти с поднятыми руками. Но всё обошлось. После третьей границы начались горы. Дорога петляла куда-то в направлении сумрачных облаков, за которыми находилась ещё одна граница. Наконец добрались до большого города Кота Кинибалу. Приобретя всё необходимое, утром следующего дня пустились в обратный путь. Нужно было спешить. Бруней живёт по закону крепости: границы закрываются в 10 вечера и открываются в 6 утра. К вечеру въехали в столицу султаната Бруней, за сутки преодолев по острову Калимантан 800 километров, пересекя 8 раз границы и пройдя 16 паспортных пограничных контролей. Никогда раньше нам не приходилось за сутки преодолевать столько границ. Больше всего удивила граница между штатами Сабах и Саравак: паспортный и пограничный контроль с обоих сторон. В паспорт ставят штампы въезда и выезда. И это первая непонятная граница из всех которые я когда либо видел, потому что она проходит внутри одного государства.
Мы остановили машину в центре города и вышли на берег реки. Вдалеке возвышался золотой купол дворца султана, а перед нами стоял на сваях в воде город речных даяков. И это был самый большой и древний водный город на свете.
Прошло 20 лет как отправился в путь. Дул лёгкий бриз. Я подставил ветру лицо свободного человека с уже давно поседевшими висками. Из под золотого купола минарета, похожего на колокольню Ивана Великого вместо звона колоколов раздались слова призыва на молитву. «Бог Велик. Аллах Акбар». И над крышами города понеслись слова молитвы, подтверждающей величие Божественного мира над суетным миром людей.

Александр Сухарев

Комментарии

Имя:

Код подтверждения: введите цифрами сумму чисел: 8 + 9

Текст:

Жанры

Активные авторы

Все авторы: